Пресс-центр

Борис Харьков: «На помощь педиатру приходит лор-врач»

С наступлением холодного времени года на первый план выходят простудные заболевания, в основном – уха, горла и носа. Особенно часто зимой болеют дети. Как правило, лечением ребенка в этом случае занимается педиатр. Но если заболевание усложняется, принимает какие-то тяжелые формы, за дело берется отоларинголог или, как мы чаще говорим, лор-врач. О развитии детской отоларингологической службы в Чувашии рассказывает внештатный специалист-эксперт по детской отоларингологии, врач Республиканской детской клинической больницы Б.Н. Харьков.

– Борис Николаевич, охарактеризуйте общую ситуацию с детской лор-заболеваемостью в Чувашии.

– Здоровье детей в значительной степени зависит от социально-гигиенических условий их образа жизни, состояния окружающей среды и здоровья других членов семьи. Внедрение комплекса медико-социальных мероприятий по укреплению здоровья контингента риска позволяет снизить детскую заболеваемость в среднем на 32,3% (в зависимости от возраста детей).

Частота распространенности заболеваний носа и околоносовых пазух у детей достигает 28-30%. Практически каждый ребенок старше 1,5 лет хотя бы раз в год болеет тем или иным острым заболеванием лор-органов.

Показатель заболеваемости болезнями уха, горла, носа в республике составляет 155-165 детей на 1000 человек детского населения. Хронические заболевания глотки у детей встречаются в 54% случаев, заболевания уха – около 28%, заболевания носа и околоносовых пазух – 16%.

– Каков уровень заболеваемости в Чувашии по сравнению со среднероссийскими показателями и данными ПФО?  

– Поскольку у нас пока нет данных за 2020 г., предлагаю сравнить показатели 2019 г. и, например, 2017 г. Итак, в 2017 г. показатель общей заболеваемости болезнями уха и сосцевидного отростка у детей Чувашии в возрасте 0-14 лет в расчете на 1000 человек соответствующего населения составлял 68,1 (ПФО – 63,94; РФ – 58,8), из них хронический средний отит – 0,65 (ПФО – 1,55; РФ – 1,43), хронические болезни миндалин и аденоидов – 57,76 (ПФО – 35,09; РФ – 35,13).

А вот цифры за 2019 г. Показатель общей заболеваемости болезнями уха и сосцевидного отростка у детей республики в возрасте 0-14 лет в расчете на 1000 человек соответствующего населения в 2019 г. составлял 67,1 (ПФО – 64,8; РФ – 59,8), то есть цифры примерно на одном уровне. Из них хронический средний отит – 0,65 (ПФО – 1,56; РФ – 1,43), хронические болезни миндалин и аденоидов – 58,76 (ПФО – 36,09; РФ – 36,13).Таким образом, в Чувашии, как и в целом по России, показатели этой возрастной категории несколько снизились.

Теперь об общей заболеваемости детей республики болезнями уха и сосцевидного отростка в возрасте 15-17 лет. В 2017 г. в расчете на 1000 человек детского населения этот показатель составлял 42,79 (ПФО – 51,24; РФ – 49,96), из них хронический средний отит – 2,18 (ПФО – 3,2; РФ – 3,01), хронические болезни миндалин и аденоидов – 35,7 (ПФО – 27,65; РФ – 32,22).  В 2019 г. показатель общей заболеваемости болезнями уха и сосцевидного отростка в возрасте 15-17 лет в расчете на 1000 человек соответствующего населения так же составлял 42,79 (ПФО – 53,24; РФ – 48,96). Из них хронический средний отит – 2,19 (ПФО – 3,4; РФ – 3,01), хронические болезни миндалин и аденоидов – 36,7 (ПФО – 28,65; РФ – 31,22). То есть показатели примерно одинаковые, но по некоторым  заболеваниям в этой возрастной категории мы опережаем ПФО и Россию в целом.

Какие лор-заболевания лидируют?

– Из общего количества обращений детей к отоларингологу (с острыми заболеваниями в том числе) до половины составляют случаи патологии глотки и носоглотки, около 25% - заболевания придаточных пазух носа, к остальным 30-33% относятся заболевания среднего уха. В настоящее время детская лор-патология занимает 5-е место в структуре заболеваемости, а тугоухость и глухонемота являются серьезной социальной проблемой.

Структура заболевания зависит от возраста ребенка. У детей раннего возраста явным лидером по обращаемости является острый средний отит. Его переносят 90-95% грудничков. В силу своего возраста ребенок не может пожаловаться на боль в ухе. Он реагирует плачем, снижением аппетита, повышением температуры. В грудном возрасте высокая заболеваемость связана с тем, что у младенцев анатомически очень широкая слуховая труба, и инфекция из полости носа легко переходит в среднее ухо.  

У детей 3-7 лет на первое место выходит патология лимфаденоидного глоточного кольца Пирогова (расположен в слизистой оболочке на границе ротовой полости и глотки). К болезням этой группы относятся тонзиллиты, аденоидиты, гипертрофия лимфоглоточного кольца. Ну, а у ребят постарше, школьников, уже происходит хронизация, то есть тот же тонзиллит или синусит становятся хроническими заболеваниями.

Почему это опасно? Осложнения, возникающие после недостаточно пролеченных заболеваний лор-органов, в будущем приводят к тяжелой хронической патологии. Осложнения хронического тонзиллита, такие как эндоартриты, миокардиты, полиартриты, гломерулонефриты, пиэлонефриты представляют собой большую опасность для жизни ребенка и вероятность его инвалидности в дальнейшем. Наиболее часто среди заболеваний лимфаденоидного глоточного кольца у детей дошкольного и младшего школьного возраста встречается гипертрофия и воспаление аденоидных вегетаций, что становится причиной головных болей, расстройства внимания и даже – ночного недержания мочи (никтурии), повышенного артериального давления, различных неврологических нарушений.

Большинство родителей даже не задумывается о том, что лор-органы расположены в непосредственной близости к головному мозгу. В случае их недолеченности, запущенности возможны тяжелейшие последствия, вплоть до менингита или абсцесса мозга. Осложнения могут вызывать и хронический синусит, фронтит (воспаление лобных пазух), другие заболевания носа, горла и уха. Очень опасен, к примеру, арахноидит (воспаление оболочки головного или спинного мозга).

Когда человек долго болеет, нарушается костная ткань, поскольку она длительное время контактирует с инфекцией. Воспаляется задняя стенка лобной пазухи, а порой – даже перфорируется, гной прорывается в полость. Но может быть и по-другому: кость остается целой, а инфекция передается через кровь, либо – через лимфоидную ткань. Вот почему мы стараемся все операции (тонзилэктомию, аденотомию и др.) делать своевременно.

– Какие меры предпринимаются в стране и в Чувашии для изменения ситуации?

– В рамках нацпроекта «Здоровье» осуществляется неонатальный скрининг, а также диспансеризация детей первого года жизни. Цель – ранняя диагностика заболеваний. Кроме этого, проводятся осмотры детей и углубленная диспансеризация подростков. Также по нацпроекту «Здоровье» была принята программа аудиологического скрининга новорожденных и детей первого года жизни. Такой скрининг сейчас проводится во всех роддомах и детских поликлиниках. Для этого каждое лечебно-профилактическое учреждение детства и родовспоможения снабдили специальным аппаратом – аудиотестером, с помощью которого у детей выявляется врожденная тугоухость (кондуктивная или нейросенсорная), а также другие аномалии развития. В случае обнаружения того или иного заболевания дети получают консультацию сурдолога. На первом этапе лечение проводят врачи родильных домов, на втором – детей направляют в сурдоцентр Республиканской детской клинической больницы (РДКБ).

– Каким образом организована работа детской отоларингологической службы в Чувашии?

– Существует приказ Минздрава ЧР № 1187 от 14.07.2020 г. «Об утверждении маршрута оказания медицинской помощи детям по профилю «Оториноларингология» в Чувашской Республике». В приказе отражены все виды отоларингологической помощи, начиная от первичной медико-санитарной на местах и до оказания специализированной помощи в лор-отделении РДКБ. Также определен перечень медицинских организаций республики, участвующих в оказании медпомощи детям по профилю «Оториноларингология», по уровням оказания медицинской помощи. В приказе указаны специалисты, оказывающие помощь на этапах по профилю лор-заболеваний.

В Чувашии существует двухуровневая система лор-помощи детям. Первый уровень – это оказание медицинской отоларингологической помощи (амбулаторно) в горбольницах и в центральных районных больницах (ЦРБ). А второй уровень – квалифицированная специализированная отоларингологическая помощь (поликлиническая и стационарная) в межрайонных медицинских центрах (ММЦ) и у нас, в РДКБ.

– Какова ситуация с кадрами, обеспеченность службы койками?

– Еще недавно у нас была большая проблема с нехваткой кадров. Однако к настоящему времени мы практически решили эту задачу: за последние 2 года прибыли 7 отоларинголов для работы в детских учреждениях республики. Сейчас в Чувашии трудится 23 детских отоларинголога (в том числе 4 лор-врача в РДКБ). Для ЦРБ республики предусмотрены 4 штатные единицы детских отоларингологов, но заняты они только в 3 райбольницах – Алатырской, Порецкой и Канашской, а в Цивильской детского лор-врача нет. Нет таких специалистов и в остальных ЦРБ, однако без помощи там дети не оставлены: их лечат отоларингологи для взрослых, прошедшие специальную подготовку.

Помнится, еще лет 10 назад мы проходили специализацию по детской отоларингологии, а сегодня такое понятие, как «детский отоларинголог» отсутствует, деление на «детских» и «взрослых» лор-врачей сейчас не принято.

О койках. Всего в Чувашии 45 стационарных коек для детей с патологиями лор-органов: 25 в отделении отоларингологии РДКБ и 20 в Городской детской клинической больнице (ГДКБ) г. Чебоксары. Этого достаточно для того населения, что у нас есть, нормативы соблюдены.

– В чем заключается работа внештатного специалиста-эксперта по детской оториноларингологии?

– Работа эксперта схожа с миссией главного специалиста по лор-заболеваниям Минздрава ЧР, функции у меня примерно такие же, только я – специалист по детству. Это консультации, решение вопросов с тяжелобольными, спорных вопросов с родителями, разбор поступивших жалоб. Мы также выезжаем в районы в случае необходимости. Всех тяжелых больных сразу привозят к нам в РДКБ. И это правильно, так как у нас есть все специалисты, современное оборудование, вообще все, что нужно.

Всего в Чувашии более 80 отоларингологов – и детских, и взрослых. Раз в месяц мы встречаемся на заседаниях научного общества врачей. Правда, во время пандемии эти встречи отменены. Работа ведется по отчетам, по нашей выездной работе. Вот недавно мы (эксперт и главные специалисты по другим профилям Минздрава Чувашии) выезжали в ГДКБ.  Незадолго до начала пандемии ездили в Урмары. Вообще раньше выезжали часто, раз в месяц, а сегодня только на экстренные вызовы. 

– Повлияла ли на вашу работу пандемия  COVID-19?

– На работу специалистов РДКБ никак не повлияла, мы продолжаем оперировать в обычном режиме. У нас отделение экстренно-плановое – экстренные больные поступают круглосуточно, в штатном режиме делаем и плановые операции. А вот в ГДКБ сейчас экстренные операции делают только до 15 часов, после этого пациентов везут к нам, в РДКБ. Тем не менее, считаю, что пандемия нас практически не задела.

Единственное – обращаемость стала меньше. И даже не потому, что люди начали бояться заражения коронавирусом. Нет, есть другая причина – им не дают направление из-за контакта с лицами, заболевшими COVID-19. Причем берется во внимание не только прямой контакт, но и через третьи лица.

– Как в Чувашии соблюдается современный стандарт лечения лор-заболеваний у детей, на что может рассчитывать профильный больной?

– Для обеспечения детей всех возрастов качественной и эффективной медицинской помощью утверждены Порядки оказания медицинской помощи, предусматривающие оказание специализированной медпомощи на каждом этапе.

Все стандарты у нас соблюдаются очень строго. Соответственно, пациент получает обследование и лечение в полном объеме. Специализированную хирургическую помощь мы оказываем на базе оториноларингологических отделений РДКБ и ГДКБ, при необходимости подключаем нейрохирургов. По стандартам мы лечим нейросенсорную тугоухость, гнойные средние отиты, хронические и острые синуситы и, что интересно, паратонзиллярный абсцесс. В стандарте указан перечень обследования и тактика лечения по каждой нозологической группе заболеваний.

– Какие новые методы исследования были внедрены в Чувашии в диагностику заболеваний, какова эффективность этих методик?

– При диагностике заболеваний уха сейчас активно используется компьютерная томография (КТ) и магниторезонансная томография (МРТ). Эти методы обследования позволяют детально рассмотреть строение внутреннего уха, выявить воспалительные или инфекционные процессы, происходящие в нем. При травмах КТ помогает определить плоскость перелома, показывает, нет ли смещения костей. Также КТ позволяет рассмотреть разного рода опухоли, абсцессы, ангиомы, невриномы и др.

Еще одно новшество – аудиограмма, которая чаще всего используется для дифференциации тугоухости. Аудиограмма бывает разного рода: пороговая, надпороговая, шумовая, акустическая импедансометрия. Все эти разновидности помогают в диагностике снижения слуха.

В РДКБ и по всей республике для диагностики широко стали применять эндоскопическое исследование полости носа и носоглотки, а также аудиологическое исследование слуха. За последние два-три года практически все лор-кабинеты и лор-отделения в ЦРБ были обеспечены новым эндоскопическим оборудованием, которое мы называем «лор-комбайн». Это такое рабочее место отоларинголога с целым набором инструментов, в том числе – эндоскопов, с помощью которых можно обследовать гортань, уши, нос. Причем они используются не только в стационарах, но и в поликлиниках.

Все эти новые методы исследования, как и новая аппаратура, позволяют выявить заболевания уха, горла и носа на ранних стадиях, поставить правильный диагноз и, соответственно, сразу начать лечение.

– Что из современных методик лечения применяют в Чувашии?

– Эндоскопические технологии широко используются сейчас не только в диагностике, но и в хирургическом лечении лор-заболеваний. В стационарах, в том числе в РДКБ, большинство оперативных вмешательств в полости уха, носа и гортани выполняются с помощью эндоскопического инструментария (шприцы, эндоскопы). Широко сейчас применяется и лазерная терапия – при заболеваниях миндалин, при хроническом тонзиллите. Ультразвуковым скальпелем проводим удаление нёбных миндалин. Используем ультразвуковые насадки и для операций на ушных раковинах, носовых перегородках.

Также внедрено применение аппарата плазменной коблации. Это новый метод, с помощью которого удаляются мягкие ткани (полипы, папилломы и другие опухоли). Его преимущества – быстрое и тщательное выполнение операции с минимальным повреждением тканей. Специальным лучом (коблатором) мы не вырезаем, а иссекаем опухоль и одновременно коагулируем (прижигаем) мягкие ткани. В результате уменьшаются сроки послеоперационного периода, больной быстро идет на поправку, у него меньше болит рана, да и угрозы осложнений после операции тоже уменьшаются. 

– Какого рода высокотехнологичную медицинскую помощь при лор-заболеваниях оказывают пациентам в Чувашии?

– Высокотехнологичную помощь при лор-заболеваниях в Чувашии оказывают - в Республиканской клинической больнице (РКБ) делают стапедопластику. Это микрохирургическая операция, в ходе которой искусственным материалом замещается одна из слуховых косточек среднего уха, что помогает восстановить слух. Но детям такие операции не показаны, поэтому делают их только взрослым.

Что касается маленьких пациентов, у нас в республике создан регистр детей, подлежащих диспансерному наблюдению и последующему отбору на оказание высокотехнологичной медицинской помощи. В первую очередь, это операции по кохлеарной имплантации, то есть по восстановлению слуха.

По статистике, в России на 1000 новорожденных приходится 1 младенец с тотальной глухотой, а в первые годы жизни еще 3 ребенка теряют слух. При повреждении большей части рецепторов улитки внутреннего уха даже самые лучшие слуховые аппараты помочь глухому человеку не в силах. В результате ребенку грозит глухонемота: он не сможет не только понимать речь на слух, но и говорить. Помочь здесь может только кохлеарная имплантация. Это хирургическое восстановление слуха, в ходе которого в так называемую улитку внутреннего уха устанавливают специальный прибор. Он стимулирует сохранные структуры слухового нерва, что способствует восприятию звуков. Установленный имплант способен полностью восстановить отсутствующий или утраченный слух. В результате абсолютно глухие дети начинают сначала слышать, а потом и говорить.

В Чувашии такие операции не делают, но у нас подписано соглашение с Федеральным научно-клиническим центром отоларингологии ФМБА России (г. Москва), и по показаниям мы направляем туда профильных больных на обследование и лечение. В 2020 г. в этот центр были госпитализированы 7 детей из Чувашии.

– Можно ли говорить о достижениях в оказании помощи больным лор-заболеваниями?

– Безусловно, к достижениям можно отнести тот факт, о котором я уже говорил: практически все лор-кабинеты в детских поликлиниках и в ЦРБ оснащены сейчас современным эндоскопическим оборудованием – «лор-комбайнами». Это позволило нам значительно сократить количество больных с такими грозными осложнениями, как мастоидиты, абсцессы мозга, арахноидиты после перенесенного отита. Раньше, когда я только начинал работать, мы такие операции делали каждую неделю, а теперь – примерно раз в полгода, представляете? И все это – благодаря своевременно выполненным санирующим операциям, таким как тонзиллэктомия (удаление миндалин) и аденоидэктомия (удаление аденоидов), коррекция носовой перегородки, конхотомия (частичное или полное удаление слизистой оболочки носа) и др. Кстати, в лор-отделении РДКБ мы делаем больше 1000 таких операций в год. А в результате количество операций по тяжелым осложнениям, которые я перечислил выше, значительно уменьшилось.

Каковы основные факторы риска лор-заболеваний у нас в республике?

– Первый фактор риска связан с инфекционными заболеваниями. Осенью и зимой, во время вспышек эпидемий гриппа, ОРВИ, ветрянки количество детей, заболевших синуситами и отитами, возрастает примерно в 3-5 раз. Это данные и по нашей республике, и по России в целом. От инфекционных заболеваний возникают и разного рода осложнения.

Существуют и наследственные факторы риска: если у родителей есть предрасположенность к лор-заболеваниям, велика вероятность их возникновения и у детей. Нередко родители, которые лет 30 назад удаляли у нас, например, миндалины, приводят своих детей, чтобы сделать им ту же операцию.

Еще один фактор риска – аллергический. Когда есть рецидивирующий отит, мы призываем родителей не давать своим детям определенные пищевые продукты (яйца, шоколад, цитрусовые) в период обострения. Кстати, полипоз носа – тоже часто вызван аллергией.

– Как проводится профилактика лор-заболеваний? 

– Во-первых, это осмотр пациентов по возрастным критериям. Отоларинголог осматривает детей в годовалом возрасте, потом в 3 года, 5 и 7 лет. Во время этих осмотров выявляются заболевания носа, ушей, горла. Выявляют патологию и врачи-педиатры, врачи общей практики, которые сейчас снабжены специальным набором лор-инструментов для обследования. В сельской местности это очень важно. Не менее важна и выездная работа лор-врачей. Кроме приема в поликлинике, они осматривают детей в детсадах, школах, военкоматах.

Во-вторых, диспансерное наблюдение. В среднем каждый врач обслуживает 150-200 хронических больных. Пациентам с хроническими лор-заболеваниями, состоящим на диспансерном учете, мы рекомендуем профилактическое лечение весной и осенью. Если есть необходимость, предлагаем реабилитационное лечение, опережающее возникновение сезонного обострения (обычно это бывает в феврале-марте и в сентябре). 

 А в-третьих, санаторно-курортное лечение. Как правило, направляем детей в общеоздоровительные санатории. В этом смысле наша республиканская «Лесная сказка» отвечает всем требованиям и нормативам. В детском санатории есть врачи, которые лечат, в том числе, лор-заболевания, проводят реабилитацию и профилактику.

Еще мы активно работаем с родителями: информируем их о течении заболевания, объясняем, что и как нужно делать дальше.  Во избежание осложнений лечение детей с заболеваниями лор-органов должно быть своевременным и комплексным, то есть должно проводиться сразу несколькими специалистами: педиатром, отоларингологом, неврологом, ревматологом, аллергологом-иммунологом, физиотерапевтом. Ну, а проследить за тем, чтобы ребенок прошел весь курс лечения и реабилитации, должны, конечно же, родители.

Отмечу, что в последнее время обострилась еще одна проблема: родители плохо смотрят за своими детьми. Вчера, например, я извлек 6 инородных тел – из ушей и из носа у детей, которые к нам обратились. Все что угодно попадает в нос или в уши, начиная с конфет и заканчивая пуговицами, бусинками и т.д. Мелкие детали игрушек тоже часто приходится вынимать. У одного малыша вчера в носу застряло растение – пушистая почка вербы. На мокрой слизистой она разбухла и вытащить это инородное тело было довольно сложно. И это у нас, в лор-отделении. А представляете, каково приходится врачам других специальностей, к которым попадают малыши, сунувшие тот или иной предмет в рот? Здесь последствия могут быть гораздо серьезнее.

Почему эта проблема обострилась именно в последнее время? Мне кажется, всему виной гаджеты, от которых родители не могут оторваться. Вместо того, чтобы следить за ребенком, мамочки «сидят в телефоне» и, конечно, легко могут пропустить тот момент, когда нужно уберечь ребенка от нависшей опасности.

– Каковы результаты участия детских лор-врачей в диспансеризации?

– Согласно приказу Минздрава ЧР от 2013 г. №1346, диспансерные осмотры дети проходят в возрасте 1 года, 3, 7, 10, 14, 15, 16 и 17 лет. В основном мы выявляем больных с хроническим тонзиллитом, отитом, хроническим гайморитом, опухолями лор-органов. При необходимости направляем детей на оперативное лечение в РДКБ и в ГДКБ.

На 1 января 2020 г. на диспансерном учете с заболеваниями глотки состояли 3507 детей (2017 г. – 3707), с заболеваниями уха – 376 детей (2017 г. – 365), с заболеваниями носа, гортани – 372 ребенка (2017 г. – 272).

– Что ждет службу детской отоларингологии Чувашии в ближайшем будущем?

– Современная эндоскопия создала совершенно новые возможности для диагностики лор-заболеваний. Подавляющее большинство оперативных вмешательств в полости носа и на околоносовых пазухах в настоящее время выполняются в режиме функциональных эндоскопических операций. Получит дальнейшее развитие во всех детских учреждениях республики внедрение в консервативное и хирургическое лечение лазерной и ультразвуковой терапии, плазменной коагуляции, инвазивной хирургии, эндоскопического лечения.

Отоларингология детского возраста совершенно необходима для развития многих направлений в педиатрии, а также формирования деятельности врачей общей практики. Последние, кстати, сейчас проходят обучение на курсах по лор-болезням, они уже сами умеют лечить отиты, например. А в сельской местности это очень ценно.

Существуют ли мифы о лечении лор-заболеваний, можете ли вы их опровергнуть?

– Мифов много, но, пожалуй, самый распространенный такой: очень часто родители детишек считают, что врачи перестраховываются, удаляя ребенку аденоиды или миндалины. Мол, на самом деле этого делать не нужно, потому что «это тоже орган». Во-первых, до 12 лет мы удаляем миндалины лишь частично, не полностью – самое основание миндалин мы оставляем. Кроме того, у нас ведь есть не только аденоиды или миндалины, у нас таких органов целых пять. Помимо нёбных миндалин есть еще язычные, гортанные миндалины, лимфоидная ткань имеется также в ЖКТ.

Во-вторых, существует такое заблуждение: если убрали миндалины, то «ворота» для инфекций открыты, и ребенок постоянно будет болеть. Но на самом деле это совершенно не доказано. Врачи к этим операциям подходят достаточно корректно, удаляют миндалины и аденоиды только в тех случаях, когда это действительно необходимо. Например, при диагнозе хронический декомпенсированный тонзиллит удаляем, потому что оставлять нельзя: ребенок будет постоянно болеть гнойными ангинами, ему грозят сопутствующие заболевания сердца, почек, суставов и т.д. Если аденоиды – тоже внимательно разбираемся: уж если совсем плохо – ребенок тяжело дышит, отиты постоянные, тугоухость развивается – тогда убираем. Без сильных показаний не удаляем. Так что когда люди думают, будто мы лишаем ребенка важного органа, это миф.

К мифам можно отнести и убеждение многих, что спустя какое-то время после операции миндалины вырастают снова. Мол, зачем удалять, если это ненадолго? То же думают и про аденоиды. Так вот, из 100 удаленных аденоидов и миндалин 1-2 действительно могут рецидивировать.  Но это очень редко. Обычно рецидив бывает у тех детей, у кого очень сильно выражена аллергия. Чтобы этого не произошло, после операции педиатры и родители должны полечить ребенка. Например, лазером – это очень полезно для реабилитации. Обязательно антигистаминные препараты надо подавать. Кстати, про повторное вырастание миндалин и аденоидов спрашивают абсолютно все родители, обратившиеся к нам.

– Что пожелаете коллегам и пациентам?

– Желаю всем крепкого здоровья и доверительных отношений – с коллегами, родителями и пациентами. Считаю, если существует взаимное доверие врача, пациента и родителей, то и дети очень хорошо, быстро поправляются. То есть доверять надо. И всегда надо верить, что ребенок вылечится. А еще – быть внимательнее к здоровью своего ребенка. Ну и поменьше сидеть в телефонах! 

Подготовили Н. Володина, О. Резюкова

Источник: "Медицинский вестник"

Дата публикации: 29.01.2021