Пресс-центр

Оксана Милова: «В лечении детей используем мультидисциплинарный подход»

Когда малыш плохо развивается или не развивается совсем, важный специалист, к которому необходимо обязательно обратиться, это невролог. О работе неврологической службы в Чувашии «Медицинскому вестнику» рассказывает главный внештатный детский невролог Минздрава ЧР, заведующая психоневрологическим отделением БУ «Республиканская детская клиническая больница» О.И. Милова.

– Оксана Игоревна, охарактеризуйте общую ситуацию с неврологической заболеваемостью детей в Чувашии.

– Можно отметить, что она за последние 5-6 лет снизилась. Так, если в 2014 г. первичная заболеваемость составила 46,2 случая на 1000 человек детского населения, то в 2020 г. – 35,4. Распространенность (общая заболеваемость) в 2014 г. равнялась 98 на 1000 детей, а в 2020 г. – 93,5. При этом количество новорожденных и в России, и в Чувашии с каждым годом уменьшается. Причина – уменьшение количества женщин фертильного возраста. В основном, сейчас становятся мамами те, кто родился в непростые 90-е годы прошлого столетия (примерно с 1994 и по 2003 гг.), тогда тоже рождалось мало детей.
Слабое здоровье современных малышей специалисты объясняют устойчивой тенденцией ухудшения здоровья женщин, в связи с чем наблюдается рост патологии беременности и родов. Получается такой замкнутый круг: больная женщина – больной плод – больной ребенок – больные будущие родители. И вот печальный результат: больными сейчас рождаются или заболевают вскоре после рождения около 40% новорожденных. Между тем, еще лет 30 назад таких детей было не больше 15%. Но это – только одна беда. Есть и другая.

Учитывая тот факт, что мы сейчас выхажива­ем недоношенных детей с очень низкой и экстремально низкой массой тела, естественно сегодня немало ребятишек и с так называемой поздней недоношенностью (это 36-38 недель), которые составляют тоже довольно высокую группу риска по заболеваемости нервной системы. У недоношенных детей с экстремально низкой и очень низкой массой тела заболеваемость нервной системы составляет 80-90%. В основном, это представлено такой патологией, как эпилепсия и детский церебральный паралич (ДЦП). Также немало детей данной категории с нарушениями зрения и слуха, они тоже потом становятся инвалидами.

Также в настоящее время среди детей первого года жизни наблюдается довольно высокая распространенность перинатальных поражений нервной системы. Эта патология во многом обуславливает инвалидизацию и снижение качества жизни детей. К сожалению, излечить перинатальное поражение нервной системы удается лишь в 20-30% случаев. И инвалиды вследствие болезней нервной системы составляют пятую часть (21%) от общего числа инвалидов от 0 до 17 лет.
Возникает некий парадокс. С одной стороны мы радуемся успехам медицины, научившейся спасать маловесных недоношенных детей и детей с тяжелой перинатальной патологией. С другой – вынуждены констатировать, что 80% таких детей имеют тяжелую патологию на протяжении всей жизни.

– Каков уровень заболеваемости в Чувашии по сравнению со среднероссийскими показателями?

– К сожалению, в России сохраняется высокая заболеваемость детей болезнями нервной системы. В то же время в Чувашии заболеваемость ДЦП несколько снизилась. Так, в 2020 г. в республике состояли на учете 666 детей с этим заболеванием (в 2019 г – 731), из них инвалидов – 88% (в 2019 г. – 95%). Если брать отдельно по возрастам, дети от 0 до 14 лет – 549 человек, подростки – 117 (в 2019 г. – 487 и 244 соответственно). Впервые были взяты на учет 105 детей (16%), в 2019 г. – 108 (15%). Для специализированного лечения у нас создан Центр ДЦП в Республиканской детской клинической больнице (РДКБ).
Особо хочу сказать об эпилепсии. Это заболевание относится к тяжелым формам заболеваний нервной системы, поэтому эпилепсия считается в детской неврологии одной из первостепенных проблем. В сравнении с остальными регионами ПФО, у нас показатели несколько лучше. Средняя цифра по эпилепсии в ПФО – около 1 на 1000 детей с заболеваниями нервной системы, у нас – 0,7-0,8. Данные пациенты получают помощь как в нашем отделении, так и в Республиканском центре эпилепсии РДКБ, который был открыт в 1998 г. в целях совершенствования медицинской помощи детям и подросткам, страдающим эпилепсией и пароксизмальными состояниями, где впервые организован прием подростков до 18 лет. Всех пациентов с резистентными формами направляют в РДКБ на дообследвание, специалисты центра делают клинико-энцефалографический прогноз течения парциальных эпилепсий у детей. В настоящее время (с 2020 г.) им руководит невролог О.Ю. Антонова.

Стоит отметить, что, в отличие от многих регионов России, мы находимся в несколько более выгодном положении, так как в Чувашии есть свой Республиканский центр медицинской реабилитации для детей (РЦМРД). Практиче­ски 70% пациентов, прошедших в нем курс реабилитации, это дети с неврологической патологией, из которых 50% – больные ДЦП. Всего в 2020 г. реабилитацию в РДКБ прошли 189 детей, в 2019 г. – 210 (во время карантинных мероприятий не оказывал медицинскую помощь дневной стационар отделения медицинской реабилитации).

– Какие заболевания нервной системы у детей лидируют?

– На 1 месте – резидуальная энцефалопатия, на 2 месте – эпилепсия и наследственные заболевания, актуальность которых возрастает, на 3 месте – ДЦП. Вообще, в структуре неврологической заболеваемости у детей первого года жизни ведущее место в республике занимает разного рода перинатальная патология нервной системы (24,5 случая на 1000 детей с заболеваниями нервной системы). Это различные патологические состояния, которые обусловлены воздействием на плод вредоносных факторов – как в период внутриутробного развития, так и во время родов, в первые дни после рождения.
Что касается детей старше года, основное заболевание – ДЦП (0,19 на 1000 человек детского населения, распространенность – 4,0). И, несмотря на рост глубоко недоношенных детей с тяжелой перинатальной патологией, показатель заболеваемости у нас стабилен. Ну, а поскольку на базе нашего отделения функционирует Центр детей с ДЦП, идет активная работа с этими пациентами.

Частота заболеваний эпилепсией в детской популяции республики составляет 0,4% и занимает третье место в структуре неврологической заболеваемости. С 2004 г. ведется работа по формированию регистра таких пациентов. Как я уже сказала, заболеваемость эпилепсией в Чувашии составляет 0,7-0,8 на 1000 человек детского населения, распространенность заболевания – 5,2. Кстати, уже доказано, что эпилепсия может передаваться и по наследству, и у нас в республике есть несколько детей с такого рода генетическими поломками, с наследственной эпилепсией.

– Какие меры принимаются в республике для изменения ситуации?

– В рамках федерального проекта «Развитие детского здравоохранения, включая создание современной инфраструктуры оказания медицинской помощи детям» в 2019 г. в Чувашии стартовал региональный проект с тем же названием. Основная задача проекта, рассчитанного на 5 лет, – реализация программ развития детского здравоохранения, включая создание современной инфраструктуры оказания медицинской помощи детям, в том числе с неврологическими заболеваниями.

Еще раньше, в рамках федеральной программы «Дети России» и республиканской целевой программы «Дети Чувашии», в Чебоксарах был построен Республиканский центр медицинской реабилитации для детей, о котором я сказала выше, он является структурным подразделением РДКБ. Здесь мы и ставим на ноги ребятишек, переболевших в тяжелой форме теми или иными заболеваниями. Для этого в центре разработаны около 70 различных технологий лечения и реабилитации, больше 40 из них – для детей с поражением центральной нервной системы. Ежедневно в РЦМРД проходят реабилитацию свыше 150 детей. В течение дня ребенок получает 5-7 процедур различной направленности. Все они способствуют развитию и восстановлению двигательно-моторной, иммунной, интеллектуальной и других функций организма. На те же цели направлены и занятия с нашими психологами, логопедами и другими специалистами.

– В последние годы в России реабилитация становится одним из важнейших направлений в лечении, как с этим обстоит дело в Чувашии?

– Появилось такое понятие, как «ранняя реабилитация». В республике разработана Программа реабилитации недоношенных детей. Психоневрологическое отделение РДКБ является одним из важнейших звеньев в оказании данного вида помощи. Сюда ежегодно прибывают на реабилитацию 20-30 детей из Городского перинатального центра Городской клинической больницы №1 и из Президентского перинатального центра. То есть детей, достигших возраста 1 месяца (иногда 2, если это недоношенные дети), по определенным критериям сразу переводят к нам в отделение для следующего этапа реабилитации. Как правило, это очень тяжелые дети, на зондовом кормлении, с некупирующимися судорогами. У себя в отделении мы проводим дальнейшую диагностику и при необходимости консультируемся со специалистами федеральных клиник посредством телемедицинских технологий. В прошлом году было проведено 63 таких консультации, в том числе 12 – по лечению недоношенных малышей. Некоторые дети после проведенного дообследования направляются для дальнейшего лечения и получения высокотехнологичной медицинской помощи (ВМП) в федеральные клиники. В 2020 г. на лечение в столицу мы отправили 12 детей первого года жизни.

Преемственность между перинатальными це­нтрами и психоневрологическим отделением РДКБ дает возможность реабилитации на ранних сроках детей, рожденных недоношенными, а также детей, перенесших инсульты. Мы также забираем к себе детей на раннюю реабилитацию после инсультов, после ДТП, с нейрохирургических коек, а также пациентов из детской инфекционной больницы после перенесенных энцефалитов, менингоэнцефалитов. Все это спо­собствует, в свою очередь, снижению инвалидизации детей.

В учебно-методическом центре профилактики и лечения детской неврологической инвалидности организована комплексная психолого-медико-педагогическая коррекция в сочетании с медикаментозным и восстановительным лечением, что позволяет ликвидировать или заметно смягчить проявления основных неврологических симптомов.

– Как часто сегодня случаются инсульты у детей?

– К сожалению, инсульты молодеют и в мире, и в России. Так, в 2020 г. в республике инсульты были у 4 детей старше 10 лет, которые перенесли геморрагические инсульты, не ишемические. Каждый случай обусловлен особенностями развития сосудистого русла головного мозга, то есть это различные мальформации (аномалии развития сосудов), из-за которых в силу ряда обстоятельств произошли разрыв и кровоизлияние. Но был в 2020 г. и еще один интересный пациент со спонтанным инсультом, который произошел внутриутробно!

Детей, перенесших инсульт, сначала лечат у нейрохирургов, а потом переводят к нам на реабилитацию. В дальнейшем, при необходимости, некоторых детей мы отправляем на коррекцию в Центр нейрохирургии имени Н. Н. Бурденко для проведения оперативного вмешательства, остальные продолжают консервативное лечение в республике, их мы тоже реабилитируем в РЦМРД.

– Каким образом организована ра­бота детской неврологической службы республики, хватает ли ко­ек для лечения?

– Сейчас у нас трехэтапное оказание медицинской помощи. Первый этап – это центральные районные больницы, второй – межрайонные медицинские центры и Городской детской клинической больницы (ГДКБ), а третий этап – это РДКБ. В районах республики при отсутствии в штате детского специалиста детей до 1 года консультируют неврологи, лечащие взрослых пациентов. Прием детей старше 1 года ведет участковый педиатр. В случае необходимости он направляет детей, нуждающихся в неврологической помощи, в консультативную поликлинику РДКБ. Таким образом, в Чувашии созданы все условия для охвата детей неврологической помощью.

Специализированную медицинскую помощь мы оказываем в отделениях РДКБ и ГДКБ. С 2015 г. статус поменялся: из просто неврологического он стал психоневрологическим. Это связано с тем, что не все родители готовы отдавать своих детей на лечение в психиатричскую больницу. В отделении РДКБ – 30 коек круглосуточного пребывания, в ГДКБ – тоже 30, плюс 15 коек дневного пребывания. Для нашей республики такого количества коек достаточно, это соответствует нормативам.

В психоневрологическом отделении РДКБ фу­нкционирует учебно-методический центр профилактики и лечения детской неврологической инвалидности. Главный принцип его работы – преемственность и этапность оказания неврологической помощи детям, начиная с акушерского отделения, до неврологического отделения и специализированных дошкольно-школьных образовательных учреждений. Также в центре проводится нейропсихологическое тестирование, которое позволяет не только выявить основной интеллектуальный и коммуникативный дефект, но и провести его топографическую диагностику. Специалисты Республиканского центра эпилепсии и Центра ДЦП проводят большую работу по своим направлениям.

– Какова обеспеченность службы кадрами?

– Поскольку количество детского населения уменьшается, нагрузка у нас, в принципе, соответствует нормативам. То есть ставками мы обеспечены, а вот докторов не хватает. Поэтому проблема есть. Это связано с тем, что раньше, чтобы стать неврологом, нужна была всего-навсего первичная специализация, которая длилась 4 месяца, а сейчас специалист с сертификатом невролога должен пройти ординатуру в течение 2 лет. И нынешние студенты-медики не особо горят желанием становиться неврологами таким способом. Поэтому сегодня средний возраст наших специалистов в республике приближается к 50 годам, то есть, в основном, у нас работают доктора-пенсионеры, молодежи очень мало. В свое время обсуждался вопрос о том, чтобы неврологов для первичного приема готовили так же, как и раньше – в короткие сроки, а для стационаров – уже в ординатуре.

Если говорить о количестве специалистов в службе, в 2015 г. у нас было порядка 30 неврологов, а сегодня – на треть меньше. В Чебоксарах – 15 врачей, а в районах республики именно ставок невролога практически не осталось, только в Канаше 1 ставка и в Шумерле 1 ставка. Все остальные являются педиатрами, совмещающими работу неврологов на 0,25 или 0,5 ставки. Вот и получается, что у нас в республике 20 неврологов. В основном, специалисты ушли на заслуженный отдых, и этот процесс, судя по всему, будет продолжаться, если не изменится форма подготовки врачей.

– Каким образом главный специалист координирует деятельность всех специалистов и клиник Чувашии, как контролируется оказание неврологической помощи в частных клиниках республики?

– Последние 5 лет, за исключением 2020 г., мы проводим ежемесячные заседания Общества детских неврологов. Благодаря появлению гаджетов, создана группа детских неврологов, где обсуждаются все злободневные вопросы, насущные проблемы. Два раза в год мы проводим конференции с приглашением ведущих специалистов из федеральных клиник, из других регионов, которые делятся с нами своими наработками.

Учитывая, что сегодня невролог занимается и проблемами психиатрическими, мы всегда приглашаем на свои конференции и другие мероприятия психиатров, психотерапевтов, психологов, которые делятся с нами своим опытом. В том числе из других регионов: Москвы, Кирова, Ульяновска, Нижнего Новгорода. Кстати, благодаря пандемии, у многих коллег появилась возможность принимать участие в большем количестве конференций онлайн, а, значит, получать больше информации для использования в своей работе.

Каждые 5 лет все неврологи республики проходят обучение на сертификационном цикле. Постоянно проводим также тематическое усовершенствование, приглашая для этого различных специалистов и участвуем в конференциях в той или иной области. К примеру, больше 70% неврологов прошли специализацию по электромиографии.

Что касается частных клиник Чебоксар, то чаще всего там ведут прием детские неврологи из государственных медучреждений. И если вдруг обнаруживается тяжелая патология или возникает какой-то вопрос по диагнозу ребенка, его направляют на обследование в специализированные отделения в ГДКБ или РДКБ.

– Какое еще влияние оказала пандемия на работу вашей службы?

– Если говорить о лечении, то подчеркну, что медицинская помощь оказывалась в полном объеме. Единственное, какой-то промежуток времени были ограниченными профосмотры, а в остальном – все как всегда. То есть отделение не закрывалось, экстренным больным мы оказывали помощь круглосуточно, неотложную – тоже круглосуточно, все госпитализации шли по плану.

– Как у нас соблюдается современный стандарт лечения неврологических заболеваний, на что мо­жет рассчитывать профильный больной?

– Что касается современных стандартов, они соблюдаются неукоснительно. Всего их у нас 13, именно по детской неврологии. Все они от 2013 г., только три по ДЦП от 2015 г. Эти стандарты регулируют оказание всей медпомощи – начиная с первичного звена и заканчивая стационарным лечением.

Чаще пересматриваются клинические рекомендации – один раз в три года. В настоящее время мы пользуемся «Федеральным руководством по детской неврологии», где рассмотрены практически все нозологии, которые представлены в неврологической службе. Сборник клинических рекомендаций издан в 2018 г. под редакцией главного детского невролога России В.И.Гузевой. Сейчас разрабатываются порядка 2500 клинических рекомендаций: какие-то совершенствуются, какие-то будут абсолютно новые. Все они войдут в очередной сборник под редакцией того же автора.

Относительно госпитализации детей могу сказать, что здесь все решается индивидуально, и если это экстренная ситуация, мы госпитализируем ребенка немедленно. Если состояние пациента, нуждающегося в лечении, стабильное, то специализированную медицинскую помощь в условиях стационара он получит в течение 14 суток. Находясь в стационаре, ребенок может пройти необходимые обследования для уточнения наследственной патологии.

– Какие новые методы диагностики были внедрены в Чувашии, какова эффективность этих методик?

– За последние 5 лет мы значительно продвинулись в диагностике неврологических заболеваний. Во многом благодаря новым методикам и новейшему оборудованию. К примеру, в 2020 г. в нашей клинике появился 1,5-тесловый магниторезонансный томограф (МРТ). До этого МРТ был только в ГДКБ, да и тот 0,4-тесловый. Теперь у нас есть возможность проводить такой сложный вид обследования, как трактография – это метод получения диффузионно-взвешенных изображений, благодаря которому видны проводящие пути – тракты белого вещества головного мозга.

С 2020 г. в РДКБ внедрена игольчатая электронейромиография (ЭНМГ). Такое исследова­ние мы делали и раньше, но с наложением электродов. А внедрение новой методики позволяет обследовать детей более углубленно и выявлять малейшие изменения со стороны нервно-мышечной проводимости. Новая программа на данном аппарате позволяет определить зрительные, слуховые и когнитивные вызванные потенциалы, что помогает выявить уровень поражения зрительных и слуховых нервов, интеллектуальное развитие ребенка.

Подчеркну, что наша функциональная диагностика оснащена довольно хорошей, экспертного класса техникой, помогающей при уточнении диагнозов обратившихся к нам пациентов.

– За последние годы в неврологии появились новые технологии, методики лечения, новые препараты?

– Должна признать, что медицина сейчас шагает семимильными шагами, в том числе и в неврологии. Есть новости, например, в лечении детей с ДЦП. Так как мы являемся одной из ведущих клиник республики, на базе нашего отделения таким детям проводится ботулинотерапия. Ребенку делают подколки ботулотоксина, который снижает мышечный гипертонус. Владеют данной методикой все врачи нашего отделения (трое неврологов) и детский реабилитолог. В условиях нашего отделения мы вводим данный препарат бесплатно. Чтобы не допустить инвалидизации ребенка, мы начинаем подкалывать ему этот препарат как можно раньше (с 2-летнего возраста, как разрешено по возрастным параметрам).

По ботулинотерапии имеют регистрацию три препарата. Если раньше у нас был только «Диспорт», то сейчас мы используем также «Ксеомин» и «Ботокс». У каждого из этих препаратов свои особенности, мы можем варьировать, выбирать подходящий для конкретного ребенка, в зависимости от того, какие у него поражения.

Расширяется спектр и противосудорожной терапии, так как в России регистрируются новые лекарства для лечения эпилепсии. Сегодня появились препараты, которые стало удобнее использовать в домашних условиях. Объясню: противосудорожные инъекции, как правило, делают внутривенно, поскольку укол в мышцу не дает желаемого эффекта. Но во время приступа, когда ребенок в напряжении, попасть ему в вену практически невозможно. Так вот, сегодня у нас в арсенале есть препарат, который вводится ректально (в микроклизмах). Это тоже дает очень большой эффект, да и мамам стало удобно. К слову, их мы обучили и владению данными методиками, и пониманию, какие требуются дозы, у родителей есть все врачебные рекомендации. Кстати, все дети обеспечиваются этими препаратами по месту жительства.

– Какого рода высокотехнологичную неврологическую медицинскую помощь оказывают детям в Чувашии?

– В республике ВМП по неврологии детям не оказывают. Однако ни один ребенок, нуждающийся в такой помощи, без нее не остается. Уже много лет мы тесно сотрудничаем с кафедрами детской неврологии Казанской государственной медицинской академии и Российской медицинской академии последипломного образования, со специалистами Научно-исследовательского клинического института педиатрии им. Академика Вельтищева, который сейчас объединен с Российской детской клинической больницей, а также РНИМУ им. Н.И. Пирогова и ФГАУ «НМИЦ здоровья детей» Минздрава России. Это основные клинические базы, куда мы отправляем наших пациентов с генетической патологией, эпилепсией и нейродегенеративными нарушениями. Ежегодно от 10 до 25 детей из Чувашии едут в Москву по нашим направлениям. Кстати, пандемия не помешала направить на лечение столько же детей, сколько и раньше!

В реабилитации нам помогает московский Российский реабилитационный центр «Детство», который также принимает наших пациентов, мы очень тесно с ними сотрудничаем.

– Можно ли говорить о достижениях в оказании помощи больным неврологическими заболеваниями?

– Считаю, что главное достижение – это внедрение в нашу работу новых методов обследования и лечения, нового оборудования и новых препаратов, позволяющих предотвратить инвалидизацию детей с заболеваниями нервной системы, улучшить качество их жизни.

Гордимся мы и действующей с 2015 г. единой базой данных недоношенных детей, родившихся с очень низкой и экстремально низкой массой тела. К сожалению, у таких детей незрелые многие системы организма, в том числе нервная. В результате у малыша могут быть двигательные нарушения, пороки развития нервной системы, трансформации головного мозга. После того, как такие дети проходят лечение и реабилитацию, мы координируем свои действия, чтобы в будущем можно было отслеживать их состояние. Совместно с Медицинским информационно-аналитическим центром (МИАЦ) Минздрава ЧР и компанией «Алькона» нам удалось создать регистр таких пациентов, родившихся после января 2015 г. Неврологи и педиатры поставили перед собой задачу отследить проблемы в состоянии здоровья таких детей по мере их взросления. Очевидно, что чем раньше ребенок взят на реабилитацию, тем меньше отдаленных последствий и неблагоприятных исходов. Кстати, такого регистра в России больше ни у кого нет, только у нас в Чувашии.

Буквально в прошлом году мы начали активно сотрудничать с Санкт-Петербургским государственным педиатрическим медицинским университетом, специалисты которого консультируют наших пациентов. ФГБУ «Детский научно-клинический центр инфекционных болезней ФМБА» (г.Санкт-Петербург) взял троих наших детей после перенесенной инфекции на реабилитацию, и выписались они оттуда с положительным эффектом. Достижением считаю высокую оценку питерских коллег, отметивших, что благодаря нашей работе (а мы для этих детей сделали все по максимуму) им было легче восстанавливать наших ребят.

Хочу отметить и тот факт, что, несмотря на отсутствие ВМП, к нам в Чувашию охотно приезжают лечиться дети из других регионов: Татарстана, Нижнего Новгорода, даже из Москвы. Родители говорят, что у нас их все устраивает: и технологии, и квалификация персонала, и доступность медпомощи. Что для меня неудивительно, и я могу сказать без преувеличения: наши специалисты оказывают детям неврологическую помощь на мировом уровне.

– Каковы основные факторы риска неврологических заболеваний у нас в республике?

– К сожалению, в Чувашии очень высокая генетическая патология, и виноваты в этом близкородственные браки. По территории наша республика очень маленькая, но достаточно густонаселенная, и очень многие жители Чувашии не знают своих корней. Потом, когда начинаем в процессе диагностики анализировать, просим человека вспомнить предков «до какого колена вы можете», выясняется, что у двух семей, соединившихся в браке, есть общие корни.
Еще один фактор риска: мы попадаем в эндемический район по спинальной мышечной амиотрофии (разнородная группа наследственных заболеваний, протекающих с поражением/потерей двигательных нейронов передних рогов спинного мозга), поэтому тесно работаем с генетиками. К сожалению, некоторые формы СМА развиваются у ребенка до года, это приводит к раннему летальному исходу. Мы стараемся максимально обследовать детей здесь, но если есть вопросы, консультируем их у неврологов и генетиков Российской детской клинической больницы и в «НМИЦ здоровья детей» Минздрава России.

– Какая работа проводится по профилактике возникновения неврологических заболеваний?

– Я всегда подчеркиваю: роль родителей в профилактике заболеваний нервной системы переоценить невозможно! Любая жалоба ребенка на головную боль, потеря сознания, нарушение сна – все это должно стать поводом обращения к педиатру. А он уже направит ребенка к узкому специалисту на необходимые дополнительные обследования.

Как ни банально это звучит, но очень важен в профилактике здоровый образ жизни. А еще – умение общаться, потому что коммуникации (очные) сегодня ограничены. Вместо того, чтобы спеть малышу колыбельную или прочитать сказку, современные мамы предпочитают включить ему мультики, предоставив ребенка самому себе. Из-за отсутствия общения, диалога с мамой, у малыша страдает речевое развитие, возникают другие проблемы, связанные с нервной системой.

Самое главное в профилактике неврологических заболеваний – любовь и забота родителей, круглосуточное внимание к ребенку. Если у него есть речевые нарушения, то необходимы занятия в игровой форме, ролевые игры. Есть проблемы с запоминанием – нужна тренировка памяти – изучение наизусть стихов, пересказ того же мультфильма или сказки.

Не устаю повторять: 90% успеха в лечении неврологической патологии – это работа родителей! А мы, врачи, можем научить чему-то, что-то подсказать. Очень важна в этом деле «Школа родителей», работающая в отделениях стационаров. Мы читаем лекции (в прошлом году только в Центре ДЦП их было 138), обучаем массажу, приемам лечебной физкультуры, различным методикам по развитию речи, методам кондуктивной педагогики в восстановительной терапии детей с заболеваниями нервной системы.

– Каков неврологический компонент во всеобщей диспансеризации?

– Меня как главного специалиста сегодня немного не устраивает периодичность в диспансеризации. Согласно приказу Минздрава РФ, осмотр ребенка неврологом теперь идет только в месяц, а потом в девять. Таким образом, выпадает очень большой промежуток, когда малышу, возможно, требуется наша помощь. Раньше осмотр был в 1, 3, 6, 9 и в 12 месяцев. Да, это была очень большая нагрузка на неврологов. Но я убеждена, что если проводить осмотр не в 9, а в 6 месяцев, возможно увидеть возникающие патологии раньше и не пропустить начало грозных заболеваний.

Поэтому сегодня резко должна возрасти роль педиатров. Именно они должны увидеть симптомы заболевания и не пропустить тот момент, когда еще можно все исправить, или хотя бы облегчить страдания малыша, ведь они встречаются с ребенком каждый месяц! Но и родителям нужно быть понастойчивей: если их что-то смущает в поведении ребенка, следует добиваться консультации специалиста!

В полную силу должны заработать «кабинеты здорового ребенка», которые сейчас начали возрождаться. К сожалению, пока их появление практически незаметно. По-прежнему большая проблема – попасть на курсы массажа по месту жительства. В итоге дети к нам попадают «запущенными». А ведь делать массаж ребенку могут и родители – нужно только их этому научить. У себя в стационаре мы, конечно, проводим такие занятия, но только для тех родителей, чьи дети лечатся у нас.

Активно работает у нас и «Школа мигрени», где проводятся беседы с подростками о режиме дня, питании, поведении. И, соответственно, при выписке с родителями каждого ребенка, страдающего головными болями, мигренью, обязательно проводится беседа о профилактике таких болей.

– Что ждет неврологическую службу Чувашии в ближайшем будущем?

– Современные изменения в медицине, в том числе в неврологии, происходят стремительно. Еще лет 10 назад мы мечтали о помощи нейрохирургов, а сегодня мы уже активно с ними работаем. Объединение детской хирургической службы в стенах РДКБ позволило объединить усилия нейрохирургов и детских неврологов, улучшить не только качество диагностики заболеваний, но и повысить качество оказания помощи нашим пациентам! Хирурги решают, нужно ли и как оперировать, а наша задача – сохранить ребенку интеллект, сделать так, чтобы пострадало минимальное количество мозга. В общем, лечим ребенка вместе, подключаясь еще на уровне реанимационного отделения, также подключаем гематологов, ортопедов, а затем и реабилитологов – такой мультидисциплинарный подход мы теперь используем в оздоровлении детей.

Надеюсь, что в ближайшем будущем в России и в Чувашии появятся новые технологии биохимических и молекулярно-генетических исследований, таргетной терапии, появятся новые лекарства, новые технологические «прорывы» в малоинвазивной и реконструктивной нейрохирургии, другие научные разработки войдут в повседневную практику детской неврологии, шире станет обмен научными знаниями и опытом специалистов, и все это будет служить нашим пациентам еще эффективнее устраняя болезни.

Также очень надеюсь, что изменится форма подготовки кадров и омолодится штат наших неврологов, что в будущем у нас появится кадровый резерв. Для меня сегодня это наиболее злободневный вопрос.

– Существуют ли мифы о лечении неврологических заболеваний?

– Да, их много. Вот такой, например: если ребенок начал ходить на носочках, то это значит, что у него развивается ДЦП. Хочу отметить, что для большинства детей ходить периодически на цыпочках, особенно если они возбуждены, вполне нормально. Наоборот, если ребенок пошел в 9-12 месяцев и периодически встает на носочки, о ДЦП не может быть и речи. Потому что ребенок с поражением нервной системы не может начать ходить в 9 месяцев. И даже в 12.
Еще один миф касается эпилептиков. Принято считать, что такие дети отстают от своих сверстников в умственном развитии или эмоционально нестабильны. Между тем, мнение о том, что эпилепсия неизбежно приводит к умственной деградации, наука опровергает. Эпилепсия мало влияет на способность человека мыслить (исключение – момент приступа), а иногда некоторое снижение мыслительной функции – это проявление либо основного заболевания, либо побочного эффекта некоторых противоэпилептических препаратов. Известно, что некоторые самые умные и творческие люди в истории человечества страдали эпилепсией.

Вредный миф – задержка речевого развития ребенка пройдет сама по себе. Без усилий, в первую очередь, родителей, невролога и логопеда, задержка речевого развития компенсируется к 3 годам только у 1-5 детей из 100. То же самое и с синдромом дефицита внимания с гиперактивностью. Особенно это проявится в школе, ребенок сам не научится быть внимательным, иметь выдержку на уроках и строить отношения со сверстниками. Необходимо с ним работать с раннего периода, проводить нейропсихологическую и педагогическую коррекцию. Не откладывайте поход к специалисту! Своевременное обращение увеличивает шансы на успешное лечение и выздоровление!

– Ваши пожелания коллегам и пациентам?

– Родителям хочу напомнить: здоровье ваших детей – в ваших руках! Вы несете персональную ответственность за здоровье своего ребенка. Причем еще до того, как он родился, даже до его зачатия (это я о генетике говорю). Уделяйте детям больше внимания, дарите заботу и любовь!

Коллегам неврологам желаю выдержки, профессионализма, терпения и выздоравливающих пациентов! А коллегам педиатрам – внимательности, более высокой ответственности и профессиональной неврологической настороженности! Ну, и, конечно, всем здоровья!

Подготовила Н. Володина

Источник: "Медицинский вестник"

Дата публикации: 29.03.2021



31 марта 2021
10:31
Распечатать
Поделиться